Пошёл на рынок, в овощную лавку. За острым перцем.
Встретил Катю, ученицу, растерялся.
Хотел написать "бывшую ученицу", а это я бывший учитель.
Можно, наверное, никуда не ходить. Можно и без перца готовить.
А со вчерашнего вечера "...и нехер улыбаться" – повторяю и повторяю.
* * *
Куда ты ни приткнись – уже полно народу,
и нечего стоять, и сказано: валить...
Тем более – во сне: всё через пень колоду.
Всё вынужден трястись, бояться, дизелить.
То долгий разговор с какими-то козлами.
То снят противогаз, чтоб распознать иприт.
То меньшее из зол – вступительный экзамен:
судебное мурло, набычившись, сидит.
Подсунули билет, указывают место.
О, если б наперёд знать тайные ходы...
Я б выбыл насовсем из первого семестра
и выплыл бы сухим из этой ерунды.
Китайским языком – условие задачи…
Казалось бы, себя смелее поведи,
послал бы их тогда, –
сложилась бы иначе
одышливая жизнь (с цезурою в груди).
Я выполнить не смог каких-то упражнений,
дрожащий у доски: в руке крошится мел.
А барышни сдают – одна другой страшнее:
ну хоть бы раз приснись, которую хотел.
Любимая, не снись – немедленно отнимут:
они уже давно вынашивают план...
Никчемный Сигизмунд, а то и вовсе Зигмунд:
порочные очки – наверное, декан.
Создатель, что за чёрт в комиссии приёмной
несёт галиматью, бубнит себе под нос?
Им нужен пассажир зашуганный и скромный.
«Извольте отвечать на заданный вопрос».
Столичные жлобы, потомственные снобы!
Стань с потрохами ваш, будь вечно на крючке, –
нет, не достоин я взыскательной учёбы,
шпаргалку утаил в дурацком пиджачке.
Но прекратить трястись – и с мыслями б собраться.
Я должен отвечать учёному суду,
что батя мой шахтёр – и нехер улыбаться,
что весь их факультет имею я в виду.
Тогда бы я успел к обратному парому –
и кто-то б подтолкнул меня в обратный путь.
Толкают и сейчас. Чтоб стало по-другому…
Любимая, ты что?.. Приснилось что-нибудь?
2000
стихотворение Андрея Дмитриева, из книги "Сторожевая элегия".
